Наказание без преступления?

В среду в Москве у памятника Грибоедову на Чистых прудах состоялась необычная акция в поддержку арестованной активистки организации "ПОРТОС" Юлии Приведенной. Представители "ПОРТОСа", "Комитета антивоенных действий" [1], Объединенного Гражданского фронта [2], движения "Свободные радикалы" [3] и некоторых других общественных объединений провели пикет, который был сопряжен с уличной пресс-конференцией адвоката заключенной Михаила Трепашкина.

Участников акции наблюдавшие за порядком сотрудники правоохранительных органов по непонятным причинам отделили от окружающих металлическими заграждениями. И чтобы подойти к пикетчикам поближе, приходилось спрашивать разрешения у милиционеров и проходить проверку содержимого сумок.

Многочисленные в вечерний час прохожие с большим интересом рассматривали плакаты и фотографии в руках пикетчиков, читали раздаваемые ими листовки и живо обсуждали ситуацию.

Напомним, что название "ПОРТОС" означает "Поэтизированное объединение разработки теории общенародного счастья". Активисты этой организации – официально зарегистрированной – создали в Люберецком районе Московской области нечто вроде общины, занимавшейся мелким бизнесом. Придумали свою философию, писали стихи, оказывали помощь инвалидам, детям из неблагополучных семей и другим нуждающимся.

В 2000 году на территории общины появился РУБОП. После обыска и ряда арестов двоих участников организации осудили на шесть и восемь лет лагерей, а еще двоих признали невменяемыми. Землю, принадлежавшую общине, отобрали.

Подробности этого дела рассказал Михаил Трепашкин.

Юлию Приведенную обвинили по статьям 208 ("Организация незаконного вооруженного формирования"), 239 ("Организация объединения, посягающего на личность и права граждан"), 217 ("Истязание") и 127 ("Незаконное лишение свободы") Уголовного кодекса РФ и объявили в розыск. Постановление об аресте было выписано в октябре 2001 года.

[4]	[5]	[6]
[7]	[8]	[9]

[10]

[11]

[12]

[13]

Несмотря на это, она свободно перемещалась и даже пересекала государственную границу РФ, причем делала это легально, не скрываясь. Постоянно участвовала в протестных акциях в Москве и была хорошо известна многим гражданским активистам и правозащитникам.

Именно гражданская активность Приведенной, по мнению Михаила Трепашкина, и стала основной причиной для ее ареста, произошедшего 22 мая 2008 года – то есть, спустя шесть с лишним лет (!).

Примечательно, что даже само постановление об объявлении в розыск сформулировано юридически неправильно. В нем, в частности, указано, что разыскивается гражданка Украины, уроженка Донецкой области. Между тем арестована гражданка России, с 1998 года постоянно поживающая в Москве.

Но самый вопиющий факт, по оценке адвоката, заключается в том, что до сих пор нет полагающегося по Конституции постановления суда о заключении обвиняемой под стражу.

Попытки Михаила Трепашкина обжаловать это положение вещей в суде результата пока не принесли. Разные судебные инстанции постоянно переадресуют жалобу друг другу, утверждая, что, по правилам подсудности, не могут ее рассматривать. В настоящее время жалоба находится (уже не в первый раз) в Мещанском районном суде Москвы.

"Самое страшное, – говорит Михаил Трепашкин, – что в то время, пока идут юридические разборки, человек остается под стражей".

Обвинение, предъявленное Юлии Приведенной, и следствие по нему Михаил Трепашкин назвал "чудовищными". Как он рассказал, в восьми томах уголовного дела имя Юлии Приведенной упоминается всего на двух–трех листах, причем в контексте, никак не связанном с какими-либо преступлениями.

По словам адвоката, следствием установлено только то, что "будучи активисткой поэтизированного общества "ПОРТОС", Юлия Приведенная руководила машиной, которая развозила немощным старикам муку, сахар и другие продукты". Этим портосовцы занимались в рамках деятельности созданного ими общества помощи инвалидам и ветеранам.

Поводом для обвинения в создании незаконного вооруженного формирования стало наличие у "ПОРТОСа" официально зарегистрированного охотничьего и газового оружия, необходимого им для защиты от бандитов.

Обвинение в незаконном лишении свободы, как выяснил Михаил Трепашкин, появилось потому, что портосовцы взяли к себе на время детей из неблагополучных семей – с письменного согласия их родителей. "Незаконное лишение свободы" выразилось в том, участники "ПОРТОСа" сопровождали этих детей в школу и обратно, а их документы хранили у себя.

Ни одного факта, который можно было бы назвать "истязанием", утверждает адвокат, в деле не зафиксировано. Отражено только несколько фактов рукоприкладства, на которое в 2000 году жаловалась некая Шако, проходящая по делу как потерпевшая. Эти случаи в основном касаются портосовца Давыдова. А уже с 2002 года та же Шако письменно заявляет, что Приведенная ее никогда ни била.

"Бывшие малолетки, теперь уже взрослые люди, пишут в суды о том, что они не знают ни о никаких противоправных действиях со стороны Приведенной", – говорит Михаил Трепашкин.

По его сведениям в 2000 году, когда завели дело в отношении "ПОРТОСа", жалобы потерпевшие написали после того, как их продержали около трех суток в РУБОПе.

"Они были напуганы, но потом, оказавшись на свободе, начали писать другое", – объясняет адвокат.

Он утверждает, что "ни одного конкретного противоправного действия в деяниях Приведенной нет, а проводившиеся экспертизы ее не касаются". И добавляет, что за время нахождения Юлии Приведенной в СИЗО никаких следственных действий не проводилось.

Мнение Михаила Трепашкина об отсутствии в деяниях Приведенной состава преступления, по его словам, разделяет и доктор юридических наук, профессор Анатолий Наумов – автор комментария к Уголовному кодексу РФ.

"Дело Юлии Приведенной – это типичная картина, когда человеку, ради того, чтобы удержать его под стражей, просто так вменяют по пять, по шесть, по восемь составов преступлений. Такое отношение меня шокирует", – заявил Михаил Трепашкин.