"Критика = экстремизм"

Последним бастионом свободы слова в России остается интернет, но и ему угрожает серьезная опасность, судя по приговору, недавно вынесенному блоггеру, пишет Мэтью Шааф из Хьюман Райтс Вотч [1].

Критика в адрес госструктур и чиновников, которая, по мнению властей, является нежелательной или "чувствительной", все чаще подавляется с помощью размытого российского законодательства о противодействии экстремизму.

На прошлой неделе первым человеком, осужденным "за экстремистское преступление" в результате комментария, оставленного в "Живом журнале" [2], стал малоизвестный до этого сыктывкарский музыкант и блоггер Савва Терентьев [3].

Он получил год условно за "отвязанную" критику милиции, когда в пылу полемического задора предложил два раза в день сжигать "неверных" (читай: коррумпированных) "ментов" (читай: сотрудников милиции) на главной площади каждого российского города.

Судья посчитал, что Терентьев сознательно использовал публичное пространство "Живого журнала" для возбуждения ненависти и вражды, а также унижения милиции как "социальной группы".

Комментарий Терентьева по любым меркам следует признать оскорбительным, но он едва ли может быть всерьез квалифицирован как призыв к насилию.

Комментарий был оставлен в чужом блоге, владелец которого, кстати, удалил его вскоре после появления. Скорее всего, властям попросту не понравился эпатаж Терентьева, и они решили "притянуть за уши" антиэкстремистский закон и раз и навсегда дать понять другим критикам: от нас не скрыться даже в сети, так что "фильтруйте базар" - мы смотрим за вами, и ваша очередь еще придет.

Активизация усилий государства по борьбе с экстремизмом понятна: последние годы в России наблюдается неуклонный рост преступлений на национальной, расовой или религиозной почве.

Однако российские власти все чаще используют размытость антиэкстремистского законодательства для уголовного преследования реальных или кажущихся оппонентов: от политических оппозиционеров, до тех, кто - как Терентьев - пытаются "выпустить пар" в сети или вне ее.

В сегодняшней России авторы критических и нелояльных высказываний все чаще попадают под удар. Так, на протяжении последних пары лет власти пытались "прикрыть" связанный с ингушской оппозицией сайт Ингушетия.Ru [4].

В ноябре 2007 г. посетителей, заходивших на сайт, на тот момент освещавший подготовку к масштабному митингу протеста простив произвола силовиков на территории республики, "кто-то" автоматически переадресовывал на порноресурс. Эта "остроумная" затея, однако, имела обратный эффект, спровоцировав волну возмущения среди жителей Ингушетии.

Тогда власти, видимо, решили пойти по "законному" пути. Прокуратура заявила, что на сайте публиковались материалы экстремистского характера. На основании этого в июне 2008 г. московский суд вынес решение о закрытии сайта. В настоящее время сайт обжалует решение и пока продолжает работать, но неизвестно, как долго ему удастся продержаться на плаву.

В других случаях Россвязьохранкультура и прокуратура выносят предупреждения о недопустимости экстремистской деятельности печатным СМИ, освещающим религиозные или этнических конфликты.

Государственное ведомство, осуществляющие надзор за НПО, проверяет на наличие признаков экстремизма деятельность правозащитных и других общественных организаций. Известен случай, когда НПО, успешно прошедшей эту специфическую проверку, даже выдали официальную справку о том, что экстремистской она не является.

Группы защиты прав сексуальных меньшинств не могут добиться официальной регистрации, потому что сама защита прав геев неожиданно рассматривается как деятельность экстремистского толка. Одну такую группу недавно "проверял" УБОП.

Такие проверки, очевидно, преследуют одну цель: помешать гражданам свободно высказывать свое мнение.

От надуманных обвинений в экстремизме не гарантировано даже искусство. Директор московского музея и центра имени академика Сахарова [5] Юрий Самодуров на данный момент обвиняется "в возбуждении религиозной вражды" [6] за организацию провокационной выставки "Запретное искусство - 2006".

Экспозиция состоит из произведений, которые по тем или иным причинам отказались показывать московские музеи и галереи. Кстати, посетителям выставки необходимо было предпринять сознательное усилие, чтобы увидеть экспонаты. По замыслу куратора выставки на виду оставались только названия, а сами работы были завешены глухой тканью, и посмотреть на них можно было только через специальные "глазки".

Удушающий и пагубный эффект антиэкстремистского законодательства и практики его применения против критически настроенных блоггеров, общественных деятелей, журналистов и людей творческих профессий становится все более очевиден.

Как заметил один из блоггеров во время оживленного обсуждения приговора Терентьеву в сети: "Это касается нас всех!" И сегодня блоггеры не могут не задумываться о самоцензуре.

А ведь, казалось бы, не нравится вам критика - не заходите в сеть, заткните уши и не ищите глазка в занавеске.

Критика властей и резкое обсуждение острых вопросов - это не экстремизм, а нормальная и неотъемлемая черта демократического общества, основанного на плюрализме.

И в таком обществе ответственное правительство будет скорее прислушиваться к проблемам и недовольству собственных граждан, а не приказывать им сидеть тише воды и ниже травы.

Источник: New Statesman [7]